Сегодня председатель Высшего Судебного Совета Армении Гагик Арутюнян подал в отставку.
«Отныне считаю нецелесообразной мою дальнейшую работу в статусах главы Высшего судебного совета и члена ВСС. С учетом процессов, происходящих вокруг судебной власти и судей, и обеспокоенности по этому поводу, которую я высказал 20 мая в прессе, отныне считаю нецелесообразной мою дальнейшую работу в статусах главы Высшего судебного совета и его члена. На основании 5 пункта 1 части 86 статьи и 2 пункта 1 части 87 статьи Судебного кодекса Армении с 21 мая 2019 года мои полномочия считайте приостановленными. Желаю вам дальнейшей плодотворной работы в деле становления независимой судебной власти. Уверен, что отныне у меня будет достаточно времени для более активной работы, особенно в рамках международного профессионального сотрудничества, во благо армянского народа», – говорится в заявлении Арутюняна.
Таким образом, Гагик Арутюнян стал первой жертвой атаки, которую в понедельник премьер-министр Армении Никол Пашинян повел на всю судебную систему страны.
Гагик Арутюнян – это не просто теперь уже экс-председатель ВСС. Он был одним из символов Третьей Республики, ее неотъемлемой частью. Он всегда был «при» власти. Во времена Армянской ССР работал заведующим одним из отделов ЦК Армении. Социально-экономическим отделом, если быть точным.
При Левоне Тер-Петросяне сначала занимал пост первого и последнего (затем эта должность была упразднена) вице-президента Армении, затем премьер-министром (на эпоху его премьерства пришлось введение национальной валюты – драма), а затем Левон Тер-Петросян в феврале 1996 года назначил его председателем Конституционного Суда Армении. Где он и проработал и при Левоне Тер-Петросяне, и при Роберте Кочаряне, и при Серже Саргсяне.
Гагик Арутюнян – своеобразный армянский Талейран, символ умелого царедворца, умеющего лихо маневрировать, что называется, «между каплями» и оставаться сухим. Напомню, что Шарль Морис де Талейран-Перигор занимал должность министра иностранных дел Франции и при Людовике Шестнадцатом, и при якобинской диктатуре Робеспьера, и при Термидоре, и при Директории, и при Наполеоне, и после реставрации Бурбонов в 1815 году. Его любимая поговорка – «я могу изменить монарху, но я никогда не изменю Франции».
Гагика Арутюняна в этом отношении можно смело сравнить и с ним, и с Анастасом Микояном. Человек, который сумел сработаться с такими разными по характеру, принципам, темпераменту и менталитету людьми, как Левон Тер-Петросян, Роберт Кочарян и Серж Саргсян. Нашел свою уютную Синекуру – Конституционный Суд, о котором вспоминали в Армении только в дни очередных президентских выборов, когда проигравшая сторона подавала туда соответствующий иск. Решение КС всегда было неизменно – «Да. Нарушения были. Безобразия были. Но они не повлияли на итоговый результат голосования». Именно поэтому меняющиеся администрации предпочитали держать его возле. Он мог говорить 20 минут и не сказать при этом НИЧЕГО, засыпав слушателей, журналистов длинными юридическими формулировками, цитатами из учебников по правоведению. Но главная его черта, повторю – его умение находить общий язык с главой государства и его администрацией.
Так было до прихода к власти бархатной администрации. Но я не думаю, что Гагик Арутюнян и Никол Пашинян, что называется, не сработались. Талант царедворца помог бы Гагику Арутюняну и на этот раз, и он бы обязательно нащупал те струны Никола Пашиняна, которые позволили бы ему и дальше оставаться в своей Синекуре, тихой обители. О которой вспоминали раз в несколько лет, но которая позволяла ему пользоваться дипломатическим паспортом, резиденцией на правительственных дачах в Разданском ущелье, охраной, персональным автомобилем и прочими бонусами небожителей. Думаю, они все и дальше останутся при нем, только огромную зарплату сменит совсем не скромная пенсия.
Дело совсем в другом. Дело Роберта Кочаряна – вот что взорвало изнутри и так шаткое здание бархатной власти. Именно оно, а точнее, изменение меры пресечения второму президенту Армении вызвало истерику варчапету, и он повел бульдозерную атаку на судебную систему страны. И первой жертвой этой атаки пал Гагик Арутюнян.
Ректор Ереванского Государственного Университета Арам Симонян сопротивлялся чудовищному бархатному давлению без малого целый год. Нервы и терпение Гагика Арутюняна оказались гораздо слабее – он выдержал 4 дня.
Кто следующий?
Георг Хачатурян, Со страницы в «Facebook» «Гражданской платформы»
http://www.7or.am/