Через несколько дней исполнится три года со дня развязанной Азербайджаном апрельской войны против Республики Арцах. За эти три года тема «четырехдневной войны» практически ни единого дня не покидала страницы прессы. Опубликовано множество фактов, произведено достаточно глубоких анализов, написано тысячи статей и снято десятки документальных лент о событиях тех дней. Вроде бы все сказано и пересказано. И трудно нынче добавить что-либо существенное по теме, дабы не повториться самому и не повторить иных авторов.
Однако, с другой стороны, может ли утратить эта тема актуальность в армянском обществе? Ведь память о павших в те дни ребятах нельзя загладить никаким миллионным пересказом. И нельзя в сознании переправить апрель 2016-го в анналы безвозвратной истории, пока сиюминутно тлеет угроза повтора тех памятных событий. И, тем не менее, в данной меленькой заметке не будет места ни пересказу апрельской хроники, ни анализу стратегических и тактических планов сторон, и ни патриотических уроков. А будет лишь упомянут один, с первого взгляда, маленький нюанс, по моему личному убеждению, с лихвой объясняющий исход апрельского противостояния и философски обобщающий значение тех дней для народов.
Помнится, уже с вечера 2-го апреля, когда до Армении начали доходить известия о масштабах предпринятого Азербайджаном наступления, на площадях и улицах армянских городов и сел начали стихийно организовываться пункты по приему продовольствия, медикаментов и одежды для солдат на передовой. Вслед за тем, помощь для фронта начала поступать в специальные комитеты при школах, госучреждениях, частных предприятиях и даже жилых домах. Дети, взрослые, старики приносили все, что, по их мнению, могло пригодиться солдату на передовой, начиная от сигарет и носков и кончая фонарными батарейками. Практически в тот же день засуетилась и вся разбросанная по миру армянская диаспора. Из Америки, Европы и ближневосточных стран начали поступать денежные переводы, а из России, наряду с деньгами, стали переправлять в Армению и Арцах спецавтомобили и медицинские препараты. Также в скором времени на местах была инициирована массовая запись граждан в добровольческие отряды. Впрочем, это отдельная тема. Словом, практически ни один армянин не остался безучастен к событиям тех дней и внес по велению совести и сообразно возможностям свою лепту в дело помощи Арцаху.
Но что примечательно, так это реакция из Баку, последовавшая на сбор помощи для армянской армии. В те дни я круглосуточно мониторил азербайджанские медиа и форумы на предмет настроений общества в этой стране. И что же вы думаете? Пользователи инета и журналисты на пике воодушевления от «успехов» азербайджанской армии, взахлеб тешились издевательствами в адрес «голодных, сирых и убогих» армян. Вот, дескать, показатель состояния армянской армии, для которой «не доедая сами, волочат жратву и носки всякие старики и школята». И уж совершенно измывательской была официальная сводка МО Азербайджана за 3-е апреля (если не ошибаюсь), в которой с бахвальством и откровенным глумлением было заявлено, что азербайджанская армия, в отличие от оккупантов, обеспечена властью всем необходимым и не нуждается ни в какой сторонней помощи.
И, представьте себе, среди этой вакханалии цинизма не раздался хоть один, повторяю, один единственный голос, который бы надоумил соотечественников. Дескать, над чем смеетесь, идиоты? Ведь вопрос совершенно не в том, недоедает ли солдат или насколько нужна ему оказалась бритва, на которую скинулись по последней своей копеечке первоклашки, а в том, что именно подобная помощь, вне зависимости, нужна она или нет, цементирует нацию у экзистенциальной черты опасности. Именно стихийный порыв к взаимопомощи, заложенный на подсознательном, рефлекторном и, если хотите, генетическом уровне, является показателем мощи нации, ее умения консолидировать все силы в единой точке.
Это и явилось главной причиной провала всей алиевской затеи с пресловутым блиц-кригом, поскольку, как оказалось, одной стороной апрельская бойня изначально была спроектирована как «операция по зачистке», а для другой - носила все признаки «отечественной войны». Думается, философия подходов в проблеме в корне разнится.
Однако самое примечательное в том, что просветление все же посетило пару голов в Баку, но случилось это уже спустя несколько дней, когда МО Азербайджана вдруг обратилось к гражданам с уведомлением, что открываются пункты по приему помощи для фронта. Особенно министерство нуждалось в бутулированной питьевой воде. Дальше уже пошли призывы к консолидации, завертелись первые добровольческие списки и молодежь прошлась помпезными шествиями по улицам Баку, развевая тысячи триколоров со складов партии «Ени Азербайджан». И все это было запредельно искусственно и до тошноты пошло. Ведь невозможно заменить банальной технологией подсознание и стихийность. Ведь способность к консолидации должна быть усвоена нацией на генетическом уровне, а не санкционирована директивой сверху.
Посему, уместно резюмировать эту заметку весьма жесткой, но справедливой цитатой из сделанного на днях в адрес Баку заявления арцахского правозащитника Карена Оганджаняна: «…вы все равно недееспособны предпринять достойные шаги изменить реальную конфигурацию на линии соприкосновения армянских и азербайджанских вооруженных сил. Вы генетически обречены на поражение в этом вопросе. Поэтому, не дразните зверя, который разорвет вашу страну на кусочки и выбросит географическое приобретение под словом «Азербайджан» в анналы истории».
Богдан Атанесян, https://www.aysor.am/