МОСКВА, 8 фев - Прайм. В конце февраля в Москве пройдет IV Всероссийский съезд работников рыбного хозяйства. Предполагается, что в столицу съедутся 600 делегатов рыболовецких хозяйств со всей России, и в том числе, с Дальнего Востока. Организовано мероприятие достаточно срочно, хотя расходы на него составят в общей сложности порядка 100 млн рублей. До этого подобных съездов не проходило пять лет.
Одна из причин, по которой организатор - Всероссийская ассоциация рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ) вынуждена торопиться – необходимость согласования текста письма на имя президента Владимира Путина с просьбой сохранить принцип исторического распределения квот на вылов краба. В качестве альтернативы в последнее время обсуждается переход на аукционную систему, предполагающую покупку инвесторами квот. Но в этом случае, по мнению сторонников действующей схемы, отрасль умрет из-за отсутствия у потенциального покупателя денег для покупки квот и тысячи моряков останутся без работы. Кроме того, исторический принцип позволил владельцам квот начать строительство судов, чего не было уже очень долго.
Выглядят данные тезисы довольно сомнительно. В 2008 году были распределены 10-летние квоты на вылов водных биоресурсов, но за прошедшие 10 лет не было построено ни одного крупнотоннажного рыболовецкого траулера. Контракты на строительство появились лишь после принятия два года назад стимулирующих поправок в законы.
КАК РАСПРЕДЕЛЯЮТ КВОТЫ
Суть исторического принципа распределения квот и устройство крабового бизнеса разъясняет экс-президент ВАРПЭ Александр Фомин. "Объемы вылова водных биоресурсов ежегодно определяются Минсельхозом на основе оценки запасов и прогнозов их изъятия без ущерба для популяций. Так, в 2017 году допустимый улов крабов составлял порядка 76 тысяч тонн, причем большая часть квот (58 тысяч тонн) распределена в Дальневосточном рыбохозяйственном бассейне (Берингово, Охотское и Японское моря). Остальное добывают в Северном бассейне, а именно в Баренцевом море", - пояснил он.
По словам эксперта, крабов в РФ вылавливают менее 2% от всего объема биоресурсов. Но благодаря их цене – от 8 до 30 долларов за килограмм – и интересу зарубежных покупателей, готовых платить такие суммы, они играют заметную роль в структуре российского экспорта рыбопродукции. В 2016 году было экспортировано 52 тысячи тонн продукции из крабов стоимостью 580 млн долларов, за десять месяцев 2017 года - свыше 44 тысяч тонн на более чем 480 млн долларов. Иными словами, это очень высокодоходный бизнес.
Затраты на организацию краболовного промысла невелики в сравнении с аналогичными по отрасли. Поэтому рентабельность бизнеса достигает 70%, а при хорошей конъюнктуре рынка и выше. При средней цене краба 20 долларов за килограмм получается 20 тысяч долларов за тонну или 1,12 млн рублей. Добытчики располагают квотами на тысячи тонн краба, поэтому рентабельность подсчитать легко.
Налоги за тонну краба – 35 тысяч рублей. В настоящее время законодательно не прописана обязанность перечислять в федеральный бюджет более серьезную часть этих сверхприбылей, как это происходит, к примеру, с налогами на добычу полезных ископаемых. Ставка НДПИ зависит от целого ряда факторов и меняется в зависимости от доходов того, кто добывает природные ресурсы. Не стоит забывать и про браконьерство, с помощью которого, по оценкам экспертов, ежегодно добывается 9-10 тысяч тонн краба. Теневые доходы оцениваются в 12 млрд рублей. Организовать незаконную добычу нефти и газа, для сравнения, гораздо сложнее.
Россия занимает первое место в мире по экспорту краба, и в ее интересах поддерживать объемы вылова ценного биоресурса, при этом получая соответствующие доходы в бюджет. Это позитивно отразится на инфраструктуре регионов Дальнего Востока и повысит качество жизни всех россиян. Для развития отрасли необходимы и масштабные инвестиции, обеспечить которые может лишь крупный инвестор, заинтересованный в долгосрочном и легальном бизнесе. При сохранении исторического принципа в распределении крабовых квот новые инвесторы зайти на этот рынок не могут, а владельцам исторических квот особого желания инвестировать в новые суда, да и повышать наполнение бюджета государства нет резона, у них и так все хорошо.
Предлагаются вполне рыночные механизмы — не просто отобрать у одних и отдать другим, а купить ресурсы в воде на новый десятилетний срок, заплатив при этом приличные средства в федеральный бюджет, резюмирует Фомин. Срок действия прежних квот заканчивается в начале 2019 года, и стремление защитников прежней схемы подать коллективное письмо в начале марта основному кандидату на пост президента РФ становится очевидным. Ведь рост социальной напряженности – именно тот фактор, которого власти всеми силами пытаются не допустить перед выборами. Теперь решение по распределению квот в руках главы государства.