Исполнился ровно год, как в возрасте 72 лет скончался известный турецкий журналист Мехмет Али Биранд. Трудно представить, что отныне в колонке колумнистов Hurriyet Daily News не будет взвешенных, разумных комментариев Биранда — символа турецкой либеральной журналистики, идеолога, аналитика турецких телекомпаний “CNNturk”, “Kanal D”, а также газеты “Posta”.
Можно долго вспоминать, о чем говорил и писал Биранд, который, кстати, был в почете у властей, несмотря на свои далеко не всегда лояльные публикации. Даже когда он критиковал правительство, никогда не переходил этических рамок и болел душой за все недостатки государственной системы, на которые указывал в своих статьях и телевыступлениях, пишут о Биранде его коллеги. Его уважали за профессионализм, за яркость и интеллект. Не случайно и турецкое руководство, и представители оппозиции выразили соболезнования в связи с его кончиной.
“Мы потеряли Мехмета Али Биранда. Я соболезную всей Турции. Мехмет Али Биранд был ярким, смелым и опытным человеком, у него была своя точка зрения и свой уникальный метод преподнесения информации. Он открыто высказывался на беспокоящие его темы и был одним из любимых журналистов Турции, место которого невосполнимо”, — сказал президент Абдулла Гюль. Премьер-министр Эрдоган также выразил соболезнования семье Биранда и его близким. “Мехмет Али Биранд был одним из важнейших представителей турецких СМИ. Его смерть глубоко поразила меня. Биранд был очень преданным своей профессии человеком. Его очень любили и читатели, и зрители”, — отметил турецкий премьер. Конечно, мы разделяем далеко не все взгляды Биранда. В частности, он упорно занимался поиском решений, которые могли бы противостоять “армянскому цунами”. Это его термин, родившийся в 2005-м, когда армяне по всему миру готовились отмечать 90-летие геноцида 1915 года. Скорее всего именно с целью “противостояния” Биранд активно поддерживал процесс нормализации отношений между Турцией и Арменией. Он призывал правительство не поддаваться шантажу Азербайджана и следовать по пути примирения с Арменией, пути, который, по его убеждению, был крайне выгоден Турции. Справедливости ради отметим, что у Биранда была своя, отличная от турецкого мейнстрима позиция и по Нагорному Карабаху. В одной из своих публикаций он прямо обвинил Баку в торпедировании переговорного процесса. Излишне говорить, какими оскорблениями в адрес журналиста разразилась азербайджанская пресса. Не ожидая такой нетерпимости к инакомыслию, а по сути травли, Биранд в одной из своих публикаций задался давно назревшим деликатным вопросом: “Почему наши азербайджанские друзья так капризны?”
...”Недавно я написал без какого-либо злого умысла, что наши азербайджанские братья всегда наблюдают со стороны, как мы боремся против заявлений о геноциде. Где вы? — вопрошал я в статье. Ведь азербайджанцев действительно не видно, когда мы “воюем” в Конгрессе США или в Европарламенте... Нет необходимости, чтобы они объединялись с Турцией, но по крайней мере они могли бы тоже лоббировать, тратить деньги, заказывать статьи или писать книги... Не делая ничего из перечисленного, они лишь бунтуют и вопят, не позволяя Турции следовать найденной формуле избавления от тяжелого груза... Насколько это справедливо?” Мехмет Али Биранд под “формулой избавления от груза” имел в виду процесс нормализации турецко-армянских отношений. И именно в этом контексте он говорил о назойливости Азербайджана.
“Честно говоря, я не понимаю эти капризы, демонстрируемые даже на уровне президента”, — писал журналист, обещая, что своими рассуждениями не нанесет обиду “братьям”, потому что “не спросит их, к примеру, о том, почему они, считая себя близкими родственниками Турции, не признают Турецкую республику Северного Кипра”. “Я не напишу также об отношении к турецким бизнесменам в Азербайджане — более сотни их уехали из Баку, не выдержав бюрократических препон, чинимых азербайджанским правительством...” Биранд был не на шутку разгневан, его действительно шокировали нападки бакинской прессы, “выполняющей приказ своих хозяев из правящей партии Азербайджана”.
“Они должны знать, что всему есть предел... Нельзя бросаться камнями, если живешь в стеклянном доме”, — тщетно вразумлял он азербайджанцев.
Примечательно, что против обозревателя высказывался и член администрации президента Алиева, глава отдела политического анализа Эльнур Асланов, противопоставляя Биранда всей Турции, которая “за все эти годы ни разу не предала своих братьев. А вот “Биранд находится в плену неверных представлений”.
...”Я бы хотел надеяться, г-н Биранд, что вы испытываете по крайней мере такое же огорчение из-за потери этой земли” (Нагорного Карабаха — ред.), — добивал его Асланов.
Примечательно, что азербайджанцы называли Биранда не иначе как “ярым армянофилом” и не раз указывали на его якобы греческое происхождение. Сам журналист считал себя турком. Но в ноябре 2012-го во время телешоу он заявил о том, что обнаружил свои курдские корни. Известно, что Биранд бывал и в Армении. В одном из интервью он заявил: “Иногда говорят, что я армянин. ...Если бы я был армянином, я бы гордился этим”. В памяти остались и многие другие его заявления, касающиеся, в частности, Гранта Динка, убийство которого и последующее судопроизводство он считал “позором для Турции”.
В заключение отметим, что свои соболезнования семье и близким Биранда направил и бывший премьер-министр Греции Джордж Папандреу. “Мы потеряли любящий голос, в котором были переплетены логика и юмор, — говорится в его послании. — Он был другом Греции и моим другом. Нам его очень будет не хватать”.
Нам всем не хватает Биранда...
"Новое время"