Летом 1972 года пятнадцатилетний Монте Мелконян заканчивает этап средней школы (intermediate schools). До начала нового учебного года в старшей школе (high school) директор школы Девид Греймс предлагает талантливому ученику поехать на летнее обучение в Японию. Выбор пал на Монте не случайно: он долгое время посещал секцию карате и был чемпионом Калифорнии среди юниоров (до 14 лет), изучал японскую культуру, посещал языковые курсы. Его определили в одну из самых престижных школ в стране восходящего солнца - Tokyo Kamata High School. Специалисты информационно-аналитического портала «time to analyze» - politics, society, and ideas проделали большую работу, результат которой мы вам представим. Нашему порталу удалось связаться со школой, узнать необходимые данные и связаться с одноклассниками Монте Мелконяна.
Монте Мелконян второй слева
Харада Бенджиро: «В нашей школе никогда не учились иностранцы, все были крайне удивлены, когда увидели смуглого и молчаливого американца. Мы даже не знали, на каком языке с ним общаться. Мало кто из нас знал тогда английский. Учитель, поприветствовав нас, объявил, что летом с нами будет учиться школьник из Америки, и он может хорошо изъясняться на японском. На перемене мы подошли к нему и познакомились, он был не очень разговорчив, достаточно скромен, что по достоинству было многими оценено. Монте поселили в мою комнату, но первое время мы мало общались. Наша дружба началась с бейсбола. Каждый вечер субботы он выходил во двор и кидал мяч и сам бегал за ним, я думал, что за глупая игра. Когда он вернулся, я спросил его, что это за игра, и он, как одержимый, начал мне рассказывать. Удивительно, но после его рассказов мне самому захотелось играть, так мы собрали целую команду и играли каждые выходные. Всего лишь за месяц Монте подтянул японский язык, усвоил необходимые манеры общения и преуспел в карате. Особенно ему нравилось драться на тати (японский меч). Я не знал, что он армянин, ведь нам сказали, что он приехал из США. Лишь спустя какое-то время он рассказал нам о своей семье, друзьях».
Хоши Кагами: «Он был прекрасен, девушки в школе никогда не скрывали своих симпатий к нему. Мы все придерживались правил школьной дисциплины, девушки не общались с парнями в учебное время. Мы познакомились, когда учитель Тахука отпустил нас в город погулять со старшеклассниками. Там Монте и заговорил со мной и другими девушками, рассказывал обо всем. Особенно запомнился его рассказ о том, что до 12 лет он сам не знал, что он армянин. По-моему узнал где-то в Европе, или родители потом рассказали о своих корнях. В школе он учился хорошо, занимался единоборствами и прекрасно пел, у него был необычайный голос, но мы всегда смеялись, когда он пытался петь на японском. Я долгое время поддерживала с ним связь, пока он не уехал в Ливан, на время мы потеряли друг друга. Я, как и все остальные, были крайне удивлены, увидев его фотографии в газетах, где говорилось об актах терроризма со стороны армянской организации. Я не знала про геноцид, не знала о том, что его родина сегодня находится в составе Турции. Думаю, он сам в том время про это ничего не знал или просто не хотел об этом говорить, нам было всего по 15 лет».
Акено Курихара: «Помню, что он был болен бейсболом, мог играть часами напролет. Помню, как он удивил учителя Тана, одержав победу над всеми сверстниками по карате, и стал вторым на тати. Он был очень способным, если брался за что-то, то доводил до конца и делал все на самом высоком уровне. После школы я поехал учиться в США и в Беркли наши пути вновь пересеклись, но увлечения Монте изменились, он был одержим историей, борьбой за справедливость в отношении своего народа. Я учился на факультете физики и математики и мало интересовался историей, но рассказы моего друга оставили определенный опечаток. Я всегда спрашивал его, чем я могу помочь, но он всегда улыбался и ничего не говорил. Весной пригласил меня на свадьбу своего друга, чтобы я посмотрел традиции армянского народа, попробовал кухню, увидел танцы. Не успевал я что-то съесть, он быстро подкладывал мне еще и еще, поэтому я стал кушать медленнее. Прекрасный был день, а после свадьбы вечерний бейсбол, в этом мой друг никогда себе не изменял. Он попрощался со мной и уехал, после чего о нем я узнавал лишь из газет и от наших общих друзей, которые имели с ним какие-то контакты. Знаю, что он звонил пару раз Хоши в Токио. Потом узнал, что он в тюрьме, поехал в Париж, но к нему никого не пускали, я оставил письмо. Монте так на него и не ответил, хотя я сомневаюсь, что он вообще его получил. Во время развала СССР он отправился воевать, о его смерти я узнал тоже из газеты, которая выпускала местная армянская диаспора. Не могу передать свои чувства, и говорить об этом тоже сейчас не имеет смысла, мне известно мало. Я лишь знаю, что мой добрый друг Монте погиб не напрасно, он с юности был предан своим идеалам, был человеком идеи, цели».
Горо Хосогай: «Он ходил с нами в столовую, но почти ничего не ел. Ему не нравилась японская еда, когда мы все кушали, он доставал из кармана батончик шоколада. Так, он три-четыре дня ел только шоколад, потом постепенно начал приучаться к нашей кухне. В 9 вечера все ложились спать, но не Монте, он до 11 часов читал книги, которые брал в библиотеке. Вставал он раньше всех и опять же с книгой в руках, читал утром, днем и ночью. Я про себя думал: «надо же, американец читает». Помню один эпизод с участием Монте: все собрались в главном зале на перемене и занимаемся армрестлингом. Он стоит в сторонке и наблюдает, я позвал его участвовать. Зря я это сделал, он одолел всех и даже старших ребят, тут рядом проходит директор школы и спрашивает: «Ну, что кто победитель?»; «Монте» - ответили мы. Директор снимает костюм и зовет его: «Давай, осталось меня выиграть». Монте смутился, от растерянности даже забыл снять костюм, и какого же было удивление, 15-летний юноша выиграл у директора школы, который после обнял его со словами: «Сегодня можешь отдыхать».
.
Материл подготовил: Галстян Арег, «time to analyze» - politics, society, and ideas