В преддверии 24 апреля армяне всего мира говорят, вспоминают, призывают. Один из выдающихся геноцидоведов мира, автор книги «Геноцид армян. Полная версия» профессор Сорбонны Раймон Кеворкян в год 100-летия Геноцида армян в Османской империи говорил, что у армян перед миром - особая миссия, говорить о своей трагедии, чтобы предотвратить другие. Раймон Кеворкян опирался на статистику - 33% турков в возрасте от 18 до 40 лет признают фальсификации в армянском вопросе. Это данные прошлых лет, и сегодня трудно зафиксировать динамику в этом вопросе, так как атмосфера страха в Турции накаляется. Как маркер деструктивности можно засчитать легализацию гей-парадов в столице Турции Анкаре. При этом очень трудно понять, каким образом турецкая политика будет сочетать эти, казалось бы, несочетаемые вещи - продвижение своего государства как лидера исламского мира и либеральные «обесценности».
Из диалогового поля в эти годы выпал писатель, лауреат Нобелевской премии в области литературы, этнический черкес Орхан Памук. В своем романе «Имя мне – Красный» он писал о том, как дрейфовала в средние века османская ментальность от иранского кода до западноевропейского. В одном эпизоде Памук говорит: «Турок может убить без причины». Вполне возможно, что психологи бы интерпретировали этот аргумент иначе - без видимой причины. Любая злость, ее выплеск имеет причину, и первая из них - страх. Кто-то считает, что Памук использовал армянскую карту для своей раскрутки. Я не склонна так считать, потому что слишком долго и систематически писатель поддерживал Армянский вопрос на всех площадках. Дело Эргеникон и убийство Гранта Динка показало, что Памуку тоже угрожали физической расправой.
К сожалению, понятие «свой» делится, как раковая клетка. Теперь своими перестали быть не только армяне, подданные Османской империи, греки, ассирийцы, молокане, представители других уничтоженных народов, но и та часть турецкой элиты, которая даже не говорит о Геноциде армян. Она просто ищет альтернативу для турецкой реальности, но пока жизнь по ту сторону Арарата похожа на плавильный котел, скорее, давильню. Примечательно, что в Сирии в ходе военных операций турки уничтожили и большие плантации оливковых деревьев. Возможно, дело в желании демпинга, убрать конкурентов, но в метафизическом ракурсе видится истребление символа мира - оливковой ветви.
Несколько лет назад около 30 тысяч турок подписали петицию в поддержку армянских братьев, переживших катастрофу. Это был важный шаг, призванный исцелить свое общество. Увы, ряд из этих ученых, политологов, журналистов уже проживает вне Турции, работает в исследовательских институтах, являясь экспертом по Ближнему Востоку, а тот, кто остался, продолжает жить «под ногами не чуя страны».
Чем быстрее турки признают Геноцид армян, тем быстрее найдут перспективу в свое будущее. Здесь, к сожалению или счастью, эмоции и родовые боли армянского народа несколько отходят на второй план. Потому что, продолжая чувствовать неизбывную боль, обостряющуюся каждый год 24 апреля, армяне уже в большей мере умозрительно и в политическом поле пытаются вывести соседа из глубочайшей стагнации национального духа, если он вообще может быть сопоставим с чем-то иным, нежели истребление и желание владеть той землей, куда ступила нога его коня, который из самого мирного и благородного животного превращен турками в алчущее крови, ненасытное существо.
Валерия Олюнина