Одной из главных мишеней критики новых властей – когда они еще не были властью – была система, подразумевающая суперпремьера, наделенного чрезмерными полномочиями при фактическом отсутствии контролирующих и сдерживающих механизмов. Прошло несколько месяцев – очень похоже, что система эта не только сохранится, но станет еще более "супер".
Если в официальном документе, описывающем структуру правительства (он еще не представлен властями, его появление ожидается с нетерпением), в подчинении премьера останутся СНБ, Полиция и Комитет государственных доходов (таможенники и налоговики), то эпопею с формированием суперпремьерской власти в Армении можно считать успешно завершенной.
И дело даже не в том, что еще несколько месяцев назад лидеры "бархатной революции" нещадно клеймили само понятие "суперпремьера".
"Я считаю, что в руках премьер-министра сосредоточены чрезмерные полномочия, и наоборот – другие государственные институты лишены многих важных полномочий. В частности, когда многие функции изымают из института президента, а ему дают статус сотрудника офиса — это бьет прямо по репутации государства. Какой смысл будут иметь изменения, если мы, критикуя какие-либо явления, придя к власти, сами будем использовать эти рычаги? Это будет означать, что изменения не имеют никакого смысла", — это слова Никола Пашиняна, произнесенные им в стенах парламента 1 мая прошлого года.
Именно в тот же день и с той же трибуны Пашинян сказал о том, что Полиция и Служба национальной безопасности должны изменить статус и стать министерствами. Он, тогда еще кандидат в премьер-министры, добавил, что на этом пути есть законодательные и, возможно, конституционные трудности, но их нужно преодолеть.
Сейчас же спикер парламента Арарат Мирзоян говорит о том, что если СНБ не будет подчинено премьеру, это станет большой политической ошибкой. Дыма без огня не бывает, особенно, если "дымит" столь высокопоставленное лицо.
Мы, конечно, дождемся структуры правительства, облеченной в документальную форму, и лишь тогда сделаем окончательные выводы. Но совершенно очевидно то, что вольно или невольно, но в стране создана такая конструкция власти и ответственности, когда решение буквально любого вопроса замыкается на премьер-министре.
Импортеры праворульных машин требуют встречи не с руководителем соответствующего ведомства, а с Пашиняном. С Пашиняном и только с ним готовы разговаривать уличные торговцы, которых прогнали с их "точек", и все остальные, вплоть до хозяев кошек и собак, за которых то ли придется теперь платить налог, то ли ну этот налог подальше.
Как скажет Пашинян, так и будет. Показательным в этом смысле было голосование по вице-спикерам в парламенте. Незадолго до него Пашинян сказал, что вице-спикером должен быть представитель "Просвещенной Армении", и вся фракция "Мой шаг" проголосовала за Ваге Энфиаджяна. Один бюллетень был признан, кажется, недействительным, но даже если кто-то один и голосовал "против", это пренебрежимо малая погрешность эксперимента.
Собственно, суперпремьерская система уже сложилась. Нередко озвучивается мнение, что специально подбиралась неспособная к самостоятельным действиям правительственная команда, чтобы Пашинян замкнул все на себе – но это вряд ли справедливо. Конечно, общее впечатление не особенно настраивает на оптимизм и веселье, но все же в правительстве, особенно в силовых ведомствах, да и в ряде других, есть крепкие профессионалы, разбирающиеся в порученной им сфере.
А во-вторых, специально подобрать статистов в таком количестве – задача практически невозможная, с которой может справиться за такие ужатые сроки разве что гений.
Пускаться сейчас в размышления о том, почему оно все так вышло, непродуктивно и просто бессмысленно – гораздо полезнее подумать, как этого избежать. Но в том-то и дело, что напрочь отсутствует главнейшее условие недопущения подобных ситуаций – оппозиция.
И в таких условиях опускаются руки, а душой овладевает неизбывная тоска.
Хотя справедливости ради нужно отметить, что армянскому менталитету присуща персонификация власти – она всегда олицетворена условным "царем", и то, что власть, во всяком случае, в XXI веке, осуществляется коллегиально, в обществе воспринимается довольно расплывчато.
Отчего это так, пусть разбираются историки и этнопсихологи, но и этот фактор не сбросишь со счетов.
https://ru.armeniasputnik.am/