На митинге 17 августа премьер-министр Никол Пашинян сделал ряд заявлений, напрямую связанных с судебно-правовой сферой. Мы попросили адвоката Айка Алумяна не в качестве защитника второго президента РА, а как правозащитника с большим стажем и опытом прокомментировать некоторые из них.
- Г-н Алумян, на что из заявлений премьер-министра на последнем митинге вы обратили внимание?
- Конечно же, на заявление, что дело "1 марта" практически полностью раскрыто. Именно так было сказано премьером. Вполне понятно, что это не просто новость, а сенсационная новость. Я думаю, что все, кто услышал это, крайне заинтересованы узнать подробности. В первую очередь получить ответы на самые важные вопросы.
Подобное заявление должно означать, что, во-первых, следствие готово ответить на вопрос о том, кто конкретно стрелял и убил 10 человек, 8 гражданских лиц и двоих полицейских? Имена, отчества, фамилии тех, кто убил этих людей. И если премьер заявляет, что дело раскрыто, думаю, ответ на этот вопрос уже имеется. И теперь, надо полагать, лишь вопрос времени, когда эти имена будут опубликованы.
Второй вопрос: кто вооружил этих людей и дал приказ стрелять? На этот вопрос тоже должен быть дан однозначный, четкий и окончательный ответ. Наверное, он у следствия уже есть. И представить его народу - опять-таки вопрос времени. Будем ждать конкретных данных по делу "1 марта".
- Сегодня юридическая общественность уже вовсю обсуждает заявление Пашиняна о том, что правительство намерено применить переходное правосудие. Что скажете на этот счет?
- Существует несколько моделей переходного правосудия. На митинге не уточнили, в каком объеме и какую модель предполагается применить. Слова премьера нуждаются в подробном комментарии соответствующих должностных лиц. Чтобы мы могли представить, о какой модели идет речь и насколько это соответствует требованиям нашей Конституции.
- Премьер прокомментировал некоторые вопросы, связанные со свободой слова. Его мнение воспринято неоднозначно. На ваш взгляд, насколько изложенный подход укладывается в положения отечественного законодательства, Конституции РА?
- Как вы, наверное, слышали, премьер намекнул, что свобода слова будет предоставляться только тем, кто умеет думать. Если это не случайная оговорка, то такой подход не может не настораживать. Получается, что кто-то имеет право заранее решать, кому предоставлять свободу слова, а кому нет. И критерием будет являться - умеет ли человек думать. Такой подход категорически неприемлем. Думаю, даже не стоит углубляться в объяснения - почему. Хотелось бы надеяться, что премьер все-таки оговорился.
- Если бы у вас была возможность сказать что-либо лично премьеру, что бы вы сказали?
- Я бы сказал, что когда он был лидером оппозиции (на мой взгляд, блестящим лидером), в этом качестве он являлся лидером определенной, хотя и достаточно многочисленной части общества. А теперь, когда он стал премьер-министром страны, он стал лидером не какой-то одной группы лиц, а всего общества, то есть всех тех, кто проживает на территории Армении. И для него не может быть разделения на своих и чужих, ведь он является премьером даже для тех, кого осуждает и даже, быть может, ненавидит. Он должен являться гарантом законности и правосудия и для этих лиц. Вот что я хотел бы сказать премьер-министру.
Лана Мшецян, "Голос Армении"